Свидетельство о регистрации

номер - ПИ ФС 77-57808 от 18 апреля 2014 года

Календарь исторических событий июля:

- 9.07.2019

Календарь исторических событий июля: «9 июля 1762 года. Свержение Петра III в пользу его жены, Екатерины II»

- 9.07.2019

9 июля 1762 года. Свержение Петра III в пользу его жены, Екатерины II

В 1742 году российская императрица Елизавета Петровна, будучи незамужней и бездетной, назначает своим наследником племянника - Карла-Петра-Ульриха Гольштейнского. Карл-Пётр-Ульрих был сыном дочери Петра I Анны и племянника шведского короля Карла XII герцога Гольштейнского и по праву рождения мог претендовать в равной степени как на российский, так и на шведский трон. С детства его готовили к занятию шведского престола, воспитывали в лютеранском духе, и на редкость бездарно. Когда в 1742 году 13-летнего Карла Петра Ульриха привезли в Петербург, он произвел на всех удручающее впечатление своей неразвитостью, дурными манерами и презрением к России. По словам историка В. О. Ключевского: «Его образ мыслей и действий производил впечатление чего-то удивительно недодуманного и недоделанного. На серьёзные вещи он смотрел детским взглядом, а к детским затеям относился с серьёзностью зрелого мужа. Он походил на ребёнка, вообразившего себя взрослым; на самом деле это был взрослый человек, навсегда оставшийся ребёнком».

В 1745 году Петра женили на принцессе Софье Августе Ангальт-Цербстской, получившей при крещении имя Екатерина. Если в начале у семейной пары сложились достаточно добрые отношения, то позже началась череда разочарований. Пётр Фёдорович занимался чем угодно, кроме своей жены, и сильно пристрастился к вину и табаку. Супруги стали жить каждый своей жизнью.

25 декабря 1761 года после долгой болезни императрица Елизавета Петровна скончалась, на трон вступил император Пётр III. «Ответом были рыдания и стоны на весь дворец Большинство встретило мрачно новое царствование: знали характер нового государя и не ждали от него ничего хорошего» (С. М. Соловьёв). В. О. Ключевский отмечал: «Елизавета была умная и добрая, но беспорядочная и своенравная русская барыня XVIII века, которую по русскому обычаю многие бранили при жизни и тоже по русскому обычаю все оплакали по смерти». А Пётр на похоронах своей тётушки то шёл медленно, отставая от процессии с гробом, то догонял процессию бегом - его забавляло, как смешно семенит за ним свита.

За последующие полгода правления Пётр III упразднил Тайную канцелярию, провозгласил Манифест о вольности дворянства, освобождавший дворян от обязательной государственной службы и предоставлявший им свободу выбора места проживания, занятий и право выезда за рубеж. Но кроме этого он заключил мир с Пруссией, что свело на нет успехи русской армии в ходе Семилетней войны. Россия продолжила войну на стороне Фридриха и готовилась к войне с Данией за Шлезвиг, что было важно для Гольштейна, но не имело ничего общего с интересами России. Император ввёл неудобные прусские мундиры, а ещё, воспитанный в протестантизме, повелел удалить из церквей все «лишние» иконы, кроме ликов Спасителя и Богородицы.

Таким образом, несмотря на довольно прогрессивные реформы, Пётр ухитрился восстановить против себя все слои русского населения. По словам современников, у Петра III не было в эти дни «более жестокого врага, чем он сам, потому что он не пренебрегает ничем, что могло бы ему повредить».

Став императором, Пётр III по-прежнему игнорировал свою жену. Взяв в фаворитки Елизавету Романовну Воронцову, которая, по отзывам, «ругалась, как солдат, косила, дурно пахла и плевалась при разговоре», но идеально ему подходила, Пётр всерьёз задумался об отправке своей супруги в монастырь.

Мыслей своих император не скрывал, но Екатерина вовсе не горела желанием быть постриженной в монахини. Опираясь на поддержку гвардии, где она была достаточно популярна, Екатерина вместе с гвардейскими офицерами братьями Орловыми составила заговор.

Ещё свежи были воспоминания о том, как к власти пришла Елизавета Петровна, а гвардия, будучи представлена высшей российской аристократией, играла роль выразителя интересов всего российского дворянства. Прецедент был создан, и Екатерина не видела ничего невозможного в том, чтобы взять власть в результате дворцового переворота. Правда, требовалось также заручиться поддержкой высших сановников, от которых требовалось хотя бы не мешать. К концу июня 1762 года, по словам Екатерины, её «соумышленниками» в гвардии были до 40 офицеров и около 10 тысяч рядовых.

Непосредственным сигналом к началу действий заговорщиков послужил случайный арест вечером 8 июля одного из заговорщиков - капитана Пассека.

Ранним утром 9 июля 1762 года Екатерина с А. Г. Орловым явилась в казарму гвардейского Измайловского полка и просила солдат защитить её и наследника престола Павла. Позже Екатерина, одевшись в гвардейскую елизаветинскую форму, привела к присяге измайловцев, преображенцев, семёновцев, конногвардейцев и двинулась в Зимний дворец, где уже собрались члены Синода и Сената для присяги новой правительнице. Адмирал Талызин отправился в Кронштадт, чтобы привести его в повиновение Екатерине II.

Екатерина II на балконе Зимнего дворца, приветствуемая гвардией и народом в день переворота 9 июля 1762 года.

Екатерина II на балконе Зимнего дворца,

приветствуемая гвардией и народом

в день переворота 9 июля 1762 года.

Пётр III был в Ораниенбауме. Узнав о бегстве жены, он почувствовал неладное. Фельдмаршал Миних, вернувшийся к тому времени из ссылки, советовал императору бежать в Померанию (юг побережья Балтийского моря), где стояли российские войска. Но нерешительный император в растерянности заметался по Ораниенбауму, потом поплыл в Кронштадт, где кронштадтцы крикнули императору, что начнут стрелять из пушек, если он попытается проникнуть в гавань. Пётр вернулся в Ораниенбаум и 10 июля подписал отречение в пользу Екатерины II. Он выразил также готовность (если будет дозволено) вместе с Е. Р. Воронцовой, адъютантом А. В. Гудовичем, скрипкой и любимым мопсом отправиться на жительство в Голштинию, лишь бы ему был выделен достаточный для безбедного существования пансион. От Петра затребовали «письменное и своеручное удостоверение» об отказе от престола «добровольно и непринуждённо». Пётр был согласен на всё и письменно покорно заявил «целому свету торжественно»: «От правительства Российским государством на весь век мой отрекаюсь».

К полудню Петра взяли под арест, доставили в Петергоф, а затем перевели в Ропшу - небольшой загородный дворец в 27 верстах от Петербурга, где он в тот же день  был убит. Официальная версия гласила, что, «к великому прискорбию», бывший государь скончался от геморроидального припадка (так в XVIII веке называли резкий скачок вверх кровяного давления). Известна также записка одного из братьев Орловых к Екатерине: «Прости, матушка, не углядели!»


назад