Свидетельство о регистрации

номер - ПИ ФС 77-57808 от 18 апреля 2014 года

ВЕТРЯНЫЕ МЕЛЬНИЦЫ. Детские дома

Алексей Горохов 17.01.2019

ВЕТРЯНЫЕ МЕЛЬНИЦЫ

Алексей Горохов 17.01.2019

ВЕТРЯНЫЕ МЕЛЬНИЦЫ

 

Снег за окном, неуютный, мелкий, холодный, стелящийся позёмкой по дороге. Окно, старая деревянная, рассохшаяся рама, штор нет, на стенах дешевые, выцветшие обои.

- Это спальня мальчиков. Группа пятнадцать человек, тумбочка на двоих, - заместитель директора напомнила профессионального экскурсовода с заученным раз и навсегда текстом и дежурной улыбкой.

- Актовый зал. Ребятишки приготовили маленькое представление! Ребята, вот и спонсоры приехали!

Разновозрастный зал недружно и вяло зааплодировал. Потом традиционный концерт-презентация, стихи, пара песенок и добрые слова в адрес спонсоров. Большинство детей смотрело со стороны, вынужденно присутствуя. Милый вечер, без намёка на искренность.

Зачем всё это нужно? Что подобные мероприятия могут пробуждать в душах детей и взрослых? Ну, у последних, наверное, тщеславие, от понимания своей полезности и доброты. А у детей? Оттачивают умение вымогать, быть квалифицированным попрошайкой и убивают последнее человеческое?

«Спонсоры» - слово, от которого помрачнел только я, другие гости, милые дамы, пытающиеся за счёт мужей победить свалившуюся на них с замужеством скуку от безделья, а также представители двух благотворительных фондов не обратили на него внимания, или сделали вид, что не обратили. Почему не назвать нас друзьями, пусть даже неискренне, обозвать так? Ведь в таком случае это предполагало бы другую модель общения. Но друг - это глубокая взаимосвязь, от одного к другому, и обязательно наоборот, потому директор и воспитатели заведомо сжигают мосты, предлагая вместо обмена эмоциями первобытный товарообмен: мы им подарки и новую мебель, а они нам огненную воду и бусы из стекла, через века трансформировавшиеся в неискреннее спасибо и песенку про мамонтёнка.

Завтра будет другой детский дом и тот же сценарий. Но, за тоннами пустой породы, на дне оседают песчинки, в виде мимолётного взгляда, случайно подслушанной фразы, которые дают понимание реальной жизни этих маленьких ещё людей. Они лучше нас взрослых чувствуют неправду, их жизнь так научила. С этим знанием они могли бы стать святыми, но мы делаем из них грешников, таких, как и сами мы, превращая их в потребителей, обманщиков и лентяев. К совершеннолетию детский дом распахивает свои врата, выпуская диких и неподготовленных маугли, даря им чувство чужеродности в пространстве и полнейшей беззащитности перед простейшими, на наш взгляд, вызовами сложившейся общественной модели.

Этих детей почти никто уже не усыновит, так как забирают маленьких, а они поступили в детские дома в уже «зрелом» возрасте, от 7 лет и выше. По суду их изымали из неблагополучных семей, часто объективно спасая, иногда обманом уговаривая сказать на суде «нужное», обещая, что из семьи не заберут. Они с рождения видели неправду и равнодушие, и это, конечно, их сильно обожгло, изуродовало. Но при всём при этом они остаются детьми, с огромным потенциалом добра и наивности, который современная система воспитания призвана уничтожить.

У меня нет ответа, как можно помочь этим детям. Скорее всего, это удастся единицам, имеющим в себе Дар Божий и способными если и не идти против системы, то, по крайней мере, умеющими лавировать между её частоколов и пик. Нам, обычным людям, остается лишь бросаться на ветряные мельницы, круша всё на своём пути и не в силах приблизиться к цели ни на сантиметр. И мы бросаемся, по-разному, каждый по-своему. Одни привозят подарки, кто-то отремонтирует помещение, организует выезд на концерт или футбольный матч, какая-нибудь молодая семейная пара, покупая вещи в детском магазине, мимоходом поучаствует в акции и оплатит подарок в детский дом, за сто двадцать рублей. Как, впрочем, и воспитатели, большинство из которых хорошие люди, пытающиеся сделать максимально возможное из допустимого и из отпущенных Богом талантов и сил.

Жаль только, что современные реалии дают больше возможностей тем, для которых дети - это всего лишь возможность карьерного роста и политический капитал. Регламентировано всё, от процесса мытья кружки до рациона питания, и только в разделе воспитание один сплошной пробел. Государство отстранилось от воспитательного процесса, будь то дети-сироты или обычные школьники – исключительно образовательный процесс и условия проживания. Как известно «свято место пусто не бывает», и сегодня вместо нас детей воспитывает интернет и улица.

 

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

 

Мне навсегда врезался в память психоневрологический интернат, где-то под городом Стаханов. Там находятся дети с психическими расстройствами, синдромами Дауна и т.д., в том числе дети, оставшиеся без попечения родителей. Приехали мы, когда у детей был тихий час, но когда мы тихонечко, почти не слышно, зашли в группу детей 4-5 лет, то тут, то там над спинками кроватей стали показываться взлохмаченные головы любопытствующих. Одна девочка с кудрявой головкой до боли напомнила мне мою дочь… А потом я забрёл в белым кафелем выложенную комнату. Полностью пустая, только возле одной стены на крюк намотан резиновый шланг.

- А это душевая, - как бы между прочим, сообщила мне сопровождающая.

Я был там только один раз, прошло уже несколько лет. Но и теперь я вспоминаю этот интернат, и видится мне только одно – кудрявая девочка и душевая, где её босиком поставят на холодный кафель и будут поливать из шланга, командуя, когда и куда повернуться.


назад