Свидетельство о регистрации

номер - ПИ ФС 77-57808 от 18 апреля 2014 года

Толстой, которого все путают

Алексей Фёдоров 05.09.2017

Толстой, которого все путают

Алексей Фёдоров 05.09.2017

Толстой, которого все путают

В сентябре 2017 года исполняется 200 лет со дня рождения писателя по фамилии Толстой. Наверное, на это известие первой реакцией человека, от литературы далёкого, будет воспоминание о «Войне и мире», «Анне Карениной» – и зрительный образ маститого бородатого старца. Может быть, даже в толстовке. Ответ неверный. Во-первых, до юбилея Льва ещё более десятилетия, а во-вторых, нашего Толстого зовут не Лев, а Алексей. Ааа, это тот самый, который написал «Аэлиту», «Гиперболоид инженера Гарина» и «Буратино»? И снова мимо. Как много, оказывается, Толстых в русской литературе!

Причём нельзя сказать, что произведения юбиляра не известны широкой публике. Романс «Средь шумного бала, случайно…», наверное, многие вспомнят? «Колокольчики мои» грустят ведь о чём-то очень знакомом – ещё с детства? А роман «Князь Серебряный», переиздающийся огромными тиражами? А драматическая трилогия, идущая во многих театрах нашей страны до сих пор? А Козьма Прутков, им придуманный, – со своими глубокомысленными афоризмами типа «Зри в корень!», «Никто не обнимет необъятного»?

Поразительная вещь. Однажды великий критик В. Г. Белинский сказал о князе В. Ф. Одоевском: «Имя его известнее, чем его сочинения». А тут совсем наоборот. Сочинения Алексея Толстого в нашем сознании продолжают жить, а сам он оказывается словно «в тени» своих дальних родственников-однофамильцев – причём один из них ещё и тёзка. Вот и приходится, во избежание путаницы, произносить его имя и отчество полностью: Алексей Константинович. Первый из Толстых в русской литературе. Заслуживающий нашего внимания, интереса и благодарной памяти ничуть не меньше, чем Лев Николаевич и Алексей Николаевич.

Он был потомком Петра Андреевича Толстого, сподвижника императора Петра Великого. По материнской линии принадлежал к роду Разумовских-Перовских, его дед был министром просвещения при Александре Благословенном, а его дядя – Алексей Алексеевич Перовский (Антоний Погорельский) – знаменитый писатель. Одна из первых отечественных литературных сказок «Чёрная курица, или Подземные жители» была написана Погорельским как раз для своего одиннадцатилетнего племянника.

Он с детства ни в чём не знал недостатка, любовно опекаемый своими богатыми и влиятельными родственниками, впоследствии оставившими ему огромное состояние.

Он был успешным придворным, другом детских игр императора Александра Второго, флигель-адъютантом, церемониймейстером, а затем егермейстером царского двора.

Он был страстным и удачливым охотником, не раз в одиночку ходил на медведя – да не с ружьём, а с рогатиной, но больше всего любил охоту на вальдшнепов.

Он был невероятно сильным человеком, настоящим богатырём: мог завязать узлом кочергу, вгонял пальцем гвоздь в деревянную стену, перебрасывал двухпудовую гирю через флигель своей усадьбы.

Он был счастлив в любви, встретив свою суженую на бале-маскараде, он не расставался с ней до конца жизни.

Осталось добавить «и умерли они в один день», чтобы возникло полное ощущение сбывшейся сказки, а не реальной биографии. Увы, это лишь внешнее впечатление. То есть неправда. Жизнь Алексея Константиновича Толстого отнюдь не была сказочно прекрасной и фантастически безмятежной, хотя и могла показаться такой со стороны.

Он двенадцать лет не мог связать свою жизнь с любимой женщиной, потому что его мать была против этого брака. Он был фактически лишён общения с собственным отцом, потому что родители разошлись, когда ему было всего полтора месяца. Он сам так и не стал отцом. Он умер раньше жены на семнадцать лет.

Он очень быстро растратил своё богатырское здоровье и в конце жизни был вынужден бороться с постоянной кошмарной болью, которая иногда не давала возможности двигаться, говорить, думать.

Он не мечтал о карьере придворного и не хотел нести службу, пусть даже такую почётную и не слишком утомительную, при дворе, где все его любили, где у него были замечательные отношения с Императрицей… Он мечтал быть писателем, а для этого необходима свобода. Освободился от службы он за полтора десятилетия до смерти.

Он был очень тонким и совестливым человеком, он стремился, по собственному признанию, «согласить несогласимое», но жизнь постоянно ставила его в ситуации, когда нужно делать жёсткий выбор. У него были друзья и были враги, которые всячески пытались уничтожить его как писателя в многочисленных разгромных статьях. Но даже враги не осмеливались высказать хоть малейшее сомнение в его нравственных качествах, в его честности и человеческой порядочности.

А самое главное – он был замечательным писателем, может быть, самым разнообразным и многоликим среди литераторов своего времени. Посудите сами: он начал свой творческий путь с фантастических «страшных» повестей – и до сих пор, читая, например, «Упырь» или «Семью вурдалака», трудно удержаться от безотчётного страха; он был чудесным музыкальным лириком – и многие его стихотворения стали песнями и романсами, причём, палитра поэтических интонаций включает в себя и фольклорный тонический стих, и классический гекзаметр, и весь ассортимент силлабо-тонического литературного стиха; его перу принадлежат, может быть, лучшие в XIX веке религиозные поэмы – «Грешница» и «Иоанн Дамаскин»; он обладал отменным чувством юмора и мог писать по-настоящему смешные тексты, но мог и припечатать своих противников хлёсткой и ядовитой сатирой; им написана драматическая поэма «Дон Жуан» (по жанру очень близкая к «Фаусту» Гёте), где испанский соблазнитель предстаёт очень русским типом – максималистом и бунтарём, во многом предвосхищая «русских мальчиков» Достоевского; он обладал в высшей степени историческим сознанием и создал на материале эпохи Иоанна Грозного увлекательный роман «Князь Серебряный», который выдержал уже более сотни переизданий; он наряду с Жуковским может считаться создателем русской литературной баллады, только если у Жуковского они почти все восходят к зарубежным первоисточникам и фантастическим сюжетам, то у Толстого они посвящены либо отечественной истории, либо былинным персонажам; он вошёл в историю драматического искусства, написав трилогию «Смерть Иоанна Грозного», «Царь Фёдор Иоаннович», «Царь Борис», которые до сих пор, наряду с пушкинским «Борисом Годуновым», являются вершиной жанра исторической трагедии в русской литературе. А ещё вместе со своими двоюродными братьями Жемчужниковыми он придумал Козьму Пруткова – напыщенного и самодовольного чиновника-графомана, от имени которого писал и комичные басни, и колкие пародии, и многозначительные афоризмы.

Почти всё, им написанное, включая злободневные антинигилистические выпады, совсем не устарело и звучит очень современно, как будто обращено именно к нам, потомкам. Даже письма Алексея Константиновича Толстого можно читать с удовольствием – как художественные произведения – настолько легко, артистично и обаятельно они написаны. В них он особенно виден – как человек, с которым интересно общаться, живой и остроумный, разный и верный себе. Как человек, которого невозможно не полюбить – нужно только узнать его чуть поближе.

А сначала запомнить, как его зовут, и перестать путать со Львом Николаевичем и Алексеем Николаевичем. Тоже, кстати сказать, замечательными писателями. Но первый Толстой в русской литературе один. И ему уже 200 лет.

С днём рождения, Алексей Константинович!


назад