Свидетельство о регистрации

номер - ПИ ФС 77-57808 от 18 апреля 2014 года

Два «Минска» - четыре трудных года

Галина и Евгений Ивлевы 06.09.2018

Два «Минска» - четыре трудных года

Галина и Евгений Ивлевы 06.09.2018

Два «Минска» - четыре трудных года

 

Пятый год идёт война на Донбассе. На протяжении всего этого трагического периода мы слышим сочетания слов «Минск-1», «Минск-2», «Минские соглашения», «Альтернативы «Минску» нет». И хотя вряд ли обыватель связывает услышанное только лишь со столицей братской Беларуси, всё же смысл происходящего понятен не всем.

Донбасская тема в информационном поле сегодня стала какой-то мерцательной. Если в 2014-2015 годах тема войны на востоке Украины не выходила из топа новостей, каждый день шли сводки с количеством обстрелов, убитых и раненых, то теперь об этой продолжающейся трагедии в информационных программах говорят пунктиром. Война стала, в основном, темой околополитических ток-шоу, где сами эксперты порой не всегда понимают о чём говорят. Чаще мы видим на экранах не более чем так называемых политических туристов, которые после короткой фотосессии на Донбассе свой спич на публику начинают с непременного заголовка «Я там часто бываю и знаю, что…» и далее по сценарию с выражением теоретизируют о плюсах и минусах Минска.

Поэтому и затёрлось как-то на слух для обывателя звучание «Минские соглашения». И не всем понятно, что же это за панацея такая для задыхающихся от горя и безнадеги жителей Донбасса, почему вот уже 4 года будет в сентябре, как длятся переговоры в столице братской Беларуси и, главное, как, к чему и когда это приведёт.

 

Сентябрь 2014. Первый шаг

 

Половина весны и всё лето 2014 года принесли смерть и ужас на Донбасс по обе стороны конфликта. Короткая июньская передышка, ставшая следствием трёхсторонних переговоров в Донецке, не стала точкой в разгорающейся бойне и лишь показала, что необходим масштабный переговорный процесс, особенно важным он был для Украины. Причиной тому стал плохо пережитый шок после Иловайского котла и последующее общее катастрофическое положение на украинских фронтах. Все это стало сигналом о том, что наступление - это уже не страшилка, а вполне себе реальная перспектива. По мнению политолога Дениса Денисова: «У Украины и её руководства просто не было другого варианта и другой возможности иначе, чем в спешном порядке запросить мирных переговоров. Угроза того, что будет полномасштабное наступление, висела в воздухе. Она была слишком для Киева очевидна. В общем, со стороны Украины это был крик о помощи».

Документ, подписанный 5 сентября 2014 года в Минске в здании «Президент-отеля», предусматривал, в первую очередь, прекращение огня в зоне конфликта. Его полное название - «Протокол по итогам консультаций Трёхсторонней контактной группы относительно совместных шагов, направленных на имплементацию Мирного плана Президента Украины Петра Порошенко и инициатив Президента России Владимира Путина». Со стороны России подписи под документом поставили тогдашний посол России на Украине Михаил Зурабов, со стороны Украины - бывший президент Леонид Кучма, со стороны ОБСЕ - швейцарский дипломат Хайди Тальявини, со стороны ЛНР и ДНР - их главы Игорь Плотницкий и Александр Захарченко. Режим прекращения огня вступил в силу в тот же вечер с 18:00.

Минск-1 стал первым конкретным запротоколированным шагом к разрешению конфликта в восточной Украине, помимо прекращения огня здесь были оговорены необходимость децентрализации власти, амнистии для участников выступлений против переворота на территории Украины весной 2014 года, разведение сторон, запрещение использования боевой авиации и организация гуманитарных коридоров для беженцев.

Однако украинская сторона воспользовалась документом по-троянски, перегруппировала, укрепила свои силы и уже зимой 2015 года предприняла новую попытку взять непокорных донбассцев боем. Это привело к огромным потерям ВСУ в Дебальцевском котле и Минску-2.

 

«Нормандская четвёрка» в Минске. Февраль 2015 года

«Нормандская четвёрка» в Минске. Февраль 2015 года

Февраль 2015. Второй Минск.

 

Возобновление боевых действий на Донбассе зимой 2015 года сорвало запланированные заранее мирные переговоры в Астане с участием глав государств «нормандской четвёрки». В начале февраля после ряда встреч и консультаций, а также переговоров замминистров иностранных дел стран «нормандской четверки» 11 февраля Владимир Путин, Ангела Меркель, Франсуа Олланд и Пётр Порошенко прибыли в Минск, позже к ним присоединилась спецпредставитель председателя ОБСЕ в Контактной группе по урегулированию ситуации на Украине Хайди Тальявини. Разговор длился 16 часов. На следующий день, 12 февраля, на саммит в Минск прибыли Александр Захарченко и Игорь Плотницкий. В итоге, за столом переговоров было принято Второе Минское соглашение, официальное название которого «Комплекс мер по выполнению Минских соглашений».

Этот документ нисколько не отменяет Минск-1, скорее дополняет. Новые реалии потребовали более жёстких и конкретных условий, и теперь задачи урегулирования конфликта стали более конкретными, появился чёткий политический алгоритм, многие положения расписаны более детально.

Комплекс мер вступил в силу с 00.00. 15 февраля, а накануне, 14 февраля, украинская сторона передала свой очередной привет. С самого утра в Донецке звучали артиллерийские залпы, ближе к полудню из миномётов был обстрелян центр. Снаряды падали в нескольких сотнях метров от детской площадки, где в субботний день было очень многолюдно. В результате этого обстрела в последние перед объявленным перемирием часы погибло три мирных жителя, один из них от осколка мины в своей собственной квартире. Перемирие было очень долгожданным и необходимым.

 

Единственный путь

 

Всё вышесказанное - лишь сухая статистика, за которой стоят простые живые люди с их болью и кровью. В своей нагрянувшей беде они, как умеют, налаживают жизнь под обстрелами украинской артиллерии. Они растят детей и стараются максимально оградить от потрясений их, уже привыкших прятаться от снарядов в подвалах и землянках. Простые люди Донбасса работают, учатся, чем-то питаются, даже ходят в театры и филармонию, которые все эти годы не закрывали свои двери. В общем, Донбасс выживает, как может.

Простым людям там мало понятны умные рассуждения столичных экспертов, да и телевизор-то смотрят не все - в подвалах сигнал не ловится. Все ждут одной простой и такой сложной вещи: когда всё кончится.

Конечно, переговоры любого формата, Минского или Нормандского, важны. Да и, откровенно говоря, стрелять стали куда меньше. В этом нельзя не оценить заслугу и переговорщиков. Но ответа на главный вопрос, когда же всё закончится, пока не в силах дать никто.

Трагедия подобного рода конфликтов и заключается в том, что они тянутся годами. Пример тому - Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия. Там как на пожаре: огонь локализован, но искры, готовые разжечь новое пламя, теплятся постоянно, и решение, как их потушить, не найдено.

На состоявшемся в феврале этого года в агентстве ТАСС круглом столе «Минские соглашения: три трудных года» было высказано общее мнение, что Минские переговоры - это на сегодняшний день наиболее оптимальная и сбалансированная форма урегулирования Донбасского конфликта. Основанием для такого вывода стал сравнительный анализ попыток разрешения конфликтов в разных частях мира. Да, с этим трудно не согласиться, тем более, что всё равно ничего другого не придумано. В любом случае, тогда, в 2014-2015 годах, единственным способом остановить кровавое месиво был диалог за переговорным столом. Пусть война на этом не закончилась, но прекратился оголтелый, бескрайний кошмар, в котором каждый день гибли и калечились люди. Это стоило того.

Как будет дальше... время всё расставит на свои места, и кому-то его место крайне не понравится. Хочется только верить, что в какой-то степени череда переговоров, конференций, круглых столов хоть как-то, пусть даже в небольшой степени, поспособствует восстановлению мира на этой выжженной земле. И ещё. Хотелось бы не видеть и не слышать публичных плясок на костях, есть иные, не менее интересные, а, главное, умные способы самовыражения. Здесь подобный пиар точно не оценят, ведь фразу «ещё до войны» в Донецке знают не только по историческим фильмам. Так говорят местные люди, наши современники, для которых жизнь теперь навсегда поделена на две части. Больше всего они хотят мира.


назад