- Главная
- Разделы журнала
- Персоны
- Выдающийся баснописец
Выдающийся баснописец
Виктор Добров 27.02.2026
Виктор Добров 27.02.2026
Выдающийся баснописец
«Поэт и мудрец слились в нём воедино», – говорил об этом человеке классик русской литературы Н. В. Гоголь.
«В поступи его и манерах, в росте и дородстве, равно как и в слоге, есть нечто медвежье: та же сила, та же спокойная угрюмость, при неуклюжестве, та же смышлёность, затейливость и ловкость», – отмечал один из наиболее известных мемуаристов пушкинской эпохи Ф. Ф. Вигель.
«Но этот человек загадка, и великая!» – признавал русский поэт, сатирик, прозаик и переводчик К. К. Батюшков.
Он отличался неуживчивым характером и частенько выглядел неуклюжим, ленивым, неряшливым, но при этом был, что называется, себе на уме.
И ещё Иван Андреевич Крылов был самым читаемым российским автором XIX столетия, а из его произведений в активный словарный запас русского языка вошло более 50 крылатых выражений, многие из которых актуальны и сегодня.
*****
Его отцом был простой армейский офицер, отличившийся при защите крепости Яик во время Пугачёвского бунта, за что был приговорен Пугачёвым вместе со всей семьей к повешению.
О капитане Андрее Прохоровиче Крылове упоминает А. С. Пушкин в своей исторической монографии «История Пугачёва», отмечая его решительность во время захвата пугачёвской армией Яицкого городка. Яицкая крепость, командование над которой принял мужественный офицер[1], так и не была взята. Очень даже возможно, что Андрей Прохорович послужил Пушкину прототипом капитана Миронова из «Капитанской дочки».
Так хорошо проявивший во время усмирения пугачёвского бунта капитан Крылов не получил ни наград, ни чинов[2]. После выхода в отставку он поступил на гражданскую службу в Твери, председателем уголовной палаты с чином коллежского асессора. Казалось бы, «хлебная должность», но сама по себе она приносила совсем небольшой доход, а искусству мздоимства честный офицер так и не обучился. Семья жила в бедности, и восьмилетний Иван начал работать подканцеляристом в уездном суде.
Будучи весьма крепким физически, Иван также обладал незаурядными способностями к наукам и учиться любил. Грамоте он выучился дома, а французскому языку обучался благодаря тверскому помещику князю Львову, который позволил мальчику присутствовать на уроках вместе со своими детьми, потом продолжал заниматься самостоятельно. И в результате таких занятий, без наставников, он научился играть на нескольких музыкальных инструментах, сочинял музыку, прекрасно рисовал и, кроме французского, овладел английским, немецким и итальянским языками. Позже, когда понадобилось перевести на русский язык Гомера, Крылов выучил древнегреческий.
Ивану было двенадцать лет, когда умер его отец, оставив в наследство лишь сундук с книгами. Так Иван оказался единственным кормильцем в семье. Через пять лет вдова с детьми отправилась в Санкт-Петербург, чтобы похлопотать о пенсии и устройстве старшего сына на работу. Иван получил новую должность – был принят приказным служителем в казённую палату.
Но карьера чиновника не слишком прельщала талантливого юношу, его тянуло к театру и драматургии, и он решил пробовать свои силы в литературе. В 15-летнем возрасте он написал небольшую комическую оперу «Кофейница», сочинив для неё остроумные куплеты.
Мать умерла в 1786 году, когда Ивану не было и 18 лет, он остался один с младшим братом Львом на руках. Тогда же он решил всерьёз заняться литературной деятельностью[3]. В том же году в журнале «Лекарство от скуки и забот» была опубликована его эпиграмма, подписанная «И. Кр». Двумя годами позже в журнале «Утренние часы» напечатали три его басни: «Стыдливый игрок», «Новопожалованный осёл» и «Судьба игроков»[4]. Следует признать, не слишком удачные.
В этот период молодой Крылов влился в кружок литераторов-вольнодумцев, в который входил среди прочих Радищев. Тот самый автор книги «Путешествие из Петербурга в Москву», за которую был назван Екатериной II «бунтовщиком, хуже Пугачева» и приговорён к смертной казни.
В 1789 году Иван Крылов начал выпуск ежемесячного сатирического журнала «Почта духов». В нём он обличал недостатки современного русского общества посредством фантастической формы переписки гномов с волшебником Маликульмульком. «Почта духов» выходила только с января по август, так как имела всего 80 подписчиков; в 1802 году она вышла вторым изданием.
В 1790 году Крылов вышел в отставку, и в следующем году, основываясь на опыте «Почты духов», создал вместе с поэтом и драматургом А. Клушиным, а также И. Дмитревским и П. Плавильщиковым типографию «Крылов с товарищи».
В двадцать два года Иван влюбился в Анну – дочь богатых брянских помещиков, состоявших в родстве с поэтом Михаилом Лермонтовым. Крылов посватался и получил отказ по причине его бедности. Но Анна стала страдать по несостоявшемуся жениху и буквально чахнуть от горя. Расстроенные родители Анны отправили Крылову письмо с согласием на брак, а он ответил, что с нетерпением ждёт свадьбы, но денег на путешествие в Брянск у него нет – пусть невесту привезут в Петербург. Ответ небезосновательно сочли оскорбительным, и брак не состоялся.
С января 1792 года Крылов начинает печатать в своей типографии журнал «Зритель» с очень широкой программой, но всё же с явной наклонностью к сатире, в особенности в статьях редактора. Наиболее крупные пьесы Крылова в «Зрителе» – «Каиб, восточная повесть»[5], сказка «Ночи», сатирико-публицистические эссе и памфлеты («Похвальная речь в память моему дедушке», «Речь, говорённая повесою в собрании дураков», «Мысли философа по моде»).
Журнал «Зритель» также просуществовал недолго[6]. И тогда Крылов начал выпуск не сатирического, а общелитературного журнала «Санкт-Петербургский Меркурий», который он издавал вместе с А. И. Клушиным. Из своих творений Крылов публиковал в нём в основном стихи, оды и послания к друзьям, лишь в двух статьях: «Похвальная речь науке убивать время» и «Похвальная речь Ермалафиду» – он вернулся к сатире. Этого хватило, чтобы цензура взялась за него всерьёз. А тут ещё «вольнодумная» рецензия Александра Клушина на пьесу «Вадим».
Последний номер «Меркурия» вышел в апреле 1794 года, а через некоторое время состоялась беседа с императрицей, которая не стала применять к сатирикам жёстких мер, но… Клушину было предложено полечиться за границей, а Крылову печатать журнал под присмотром правительства в типографии Императорской Академии наук.
В общем, Иван Андреевич счёл за благо покинуть Петербург. Через несколько лет он поступил на службу к князю С. Ф. Голицыну – учил его детей. В 1801 году, после назначения князя Голицына рижским генерал-губернатором, Крылов определился к нему секретарём. Несмотря на дружеские отношения со своим начальником, Крылов в 1803 году вновь вышел в отставку.
В этот период литератор для домашнего спектакля в доме Голицына написал шуто-трагедию «Трумф» или «Подщипа» (напечатанную сначала за границей в 1859 году, потом в 1871 году в «Русской старине»), а также пьесу «Пирог».
После возвращения в Москву в 1806 году Иван Андреевич решил вернуться к жанру басни и перевёл с французского языка три басни Лафонтена: «Дуб и Трость», «Разборчивая невеста», «Старик и трое молодых». В том же году они были опубликованы в журнале «Московский зритель».
В 1807 году появляются три его пьесы, из которых две: «Модная лавка» и «Урок дочкам» – соответствовали сатирическому направлению таланта Крылова и имели большой успех на сцене. Впрочем, третья пьеса «Илья Богатырь, волшебная опера» также получила свою долю славы.
Успех его пьес был большой, и уже в 1807 году Иван Андреевич считался известным драматургом, пьесы которого ставились при дворе.
В 1808 году Крылов, снова поступивший на службу (в монетный департамент), напечатал в «Драматическом Вестнике» 17 басен. А в 1809-м вышел первый, включающий 23 басни сборник, который имел большой успех. Настолько большой, что крупнейший издатель и книготорговец того времени Смирдин выкупил у Крылова на 10 лет исключительное право на все его уже написанные произведения и те, которые будут написаны в течение этого времени. Случай по тем временам беспрецедентный! Благодаря этой сделке Крылов стал одним из самых обеспеченных русских литераторов.
Известно, что Иван Андреевич нередко заимствовал идеи для произведений, например, у Лафонтена или у Эзопа. Это было не так уж и часто, но послужило причиной обвинения баснописца в плагиате. Однако Крылов никогда не отрицал, что заимствовал некоторые сюжеты, но сюжет – это отнюдь не готовое произведение. Он написал более двухсот произведений, из них не более трети – переводы, причём, по большей части, это ранние работы. А в первом его сборнике из двадцати трёх басен было шесть переводов и семнадцать оригинальных произведений.
«Некоторые басни Иван Андреевич заимствовал у Лафонтена, но Лафонтен не создал ни одной собственной, а всё занял у Федра, Пильпая, у греков, у римлян и у восточных писателей; следовательно, вымысел давно существовал, и басня была готова: всё достоинство в рассказе. Правда и то, что Лафонтен смягчил сухость Федра приятным рассказом; но Крылов, идучи по следам знаменитого французского поэта, во многом превзошёл его», – писал поэт, переводчик, академик, друг Ивана Крылова на протяжении 25 лет, Михаил Евстафьевич Лобанов.
Басни Крылова читали и учили наизусть взрослые и дети, простолюдины и аристократы. Читатели были в восторге от того, как великий баснописец умел в коротких и якобы сказочных сочинениях выставить напоказ сразу ряд пороков, присущих людям. Но это был лишь первым слоем его произведений. Те, кто умел смотреть глубже, вдруг обнаруживали, что позитивный, на первый взгляд, герой басни, на самом деле не такой уж и идеальный. Что люди из разных слоёв общества видят мир по-разному, что внешность может быть обманчива и многое другое.
Благодаря Ивану Андреевичу жанр басни вознёсся на немыслимую ранее высоту, обогатившись философским, социальным и этическим содержанием, и став в один ряд с романами или драматургией.
В 1810 году Крылов поступил на должность помощника библиотекаря в Императорскую публичную библиотеку, под начальство своего прежнего начальника и покровителя А. Н. Оленина. Ему назначается пенсия 1500 рублей в год, которая впоследствии в 1820 году «во уважение отличных дарований в российской словесности» удваивается, а в 1834 году увеличивается вчетверо.
В 1816 году Ивана Андреевича назначает библиотекарем русского отделения. О том, насколько серьёзно он относился к службе[7], свидетельствует тот факт, что при выходе в отставку в марте 1841 года ему, «не в пример другим», назначается в пенсию полное его содержание по библиотеке равное 11700 рублям ассигнациями в год.
Во время Отечественной войны 1812 года Крылов становится политическим писателем и… изобретает жанр злободневной басни, жанр, которого ещё не знала литература. Так, в басне «Волк на псарне» читатели сразу определили сатиру на Наполеона, а после победы русской армии над Наполеоном под селом Красным, фельдмаршал М. И. Кутузов прочитал её перед своими офицерами. По свидетельству военного историка А. И. Михайловского-Данилевского, Кутузов при словах: «а я, приятель, сед», – снял свою белую фуражку и потряс наклонённою головою».
Милостями и почестями баснописец обделён не был. В декабре 1811 года он стал членом Российской Академии, в январе 1823 года получил от неё золотую медаль за литературные заслуги, а при преобразовании Российской Академии в отделение русского языка и словесности академии наук в 1841 году был утверждён ординарным академиком. Говорили, что император Николай I согласился на преобразования с условием, «чтобы Крылов был первым академиком».
14 февраля 1838 года в Петербурге праздновался 50-летний юбилей его литературной деятельности с такою торжественностью и вместе с тем с такою теплотой и задушевностью, что подобного литературного торжества нельзя указать раньше так называемого Пушкинского праздника в Москве. Императрица приказала открыть для поваров свои оранжереи, чтобы они могли взять всё, что будет необходимо, купцы наперебой предлагали свои лавки, а многие просто посылали корзины с продуктами[8]. Среди участников того празднества были не только коллеги по словесности, но и крупные сановники, министры. В честь юбиляра была отчеканена памятная медаль с надписью: «2 февраля 1838 года. И. А. Крылову в воспоминание пятидесятилетия литературных его трудов от любителей русской словесности». Император Николай I удостоил баснописца ордена Св. Станислава II степени.
Но при всём при этом великий литератор был очень одинок. Он так и не женился, а после смерти младшего брата захандрил и ещё более замкнулся.
По утверждениям современников, Крылов жил в гражданском браке со своей кухаркой Феней. По крайней мере, её дочь Александра, которую крестил именно Иван Андреевич, после смерти матери осталась жить у Крылова, а позже была отдана им на обучение в пансион за его счёт. Когда выдавал девушку замуж за аудитора Калистрата Савельева, то дал за ней богатое приданое, и всё своё имущество, а также право издавать сочинения завещал её мужу.
Последние свои годы Иван Андреевич прожил в семье – при молодых. Много занимался внуками, обучал их грамоте и музыке, гордился «настоящим актёрским талантом» внучки Наденьки.
Скончался Иван Андреевич Крылов от двусторонней пневмонии 21 ноября 1844 года в возрасте 75 лет. Похоронен в Александро-Невской лавре на Ново-Лазаревском (впоследствии Тихвинском) кладбище. В день похорон друзья и знакомые Крылова вместе с приглашением получили по экземпляру изданных им басен, на заглавном листе которых под траурною каймою было напечатано: «Приношение на память об Иване Андреевиче, по его желанию».
[1] Свою жену Марию Алексеевну с маленьким сыном Иваном капитан Крылов отправил в Оренбург, который также вскоре был осаждён. В городе начался голод, продовольствия не хватало даже детям. Это произвело на ребёнка неизгладимое впечатление, которое давало о себе знать всю последующую жизнь. Психологическими последствиями пережитого в раннем детстве можно объяснить широко известная невоздержанность И. А. Крылова в еде, постоянно служившая поводом для шуток современников.
[2] Как это часто бывает, имение с тремястами душ в результате успешной обороны Яика получил комендант крепости подполковник Иван Данилович Симонов, проявивший во время осады изрядную трусость.
[3] Крылов был азартным и весьма удачливым игроком в карты. Удачливым настолько, что долгие годы существовал на деньги, которые выигрывал, и даже смог устроить младшего брата в военное училище. За игру в карты ему одно время было запрещено появляться в обеих столицах.
[4] Первым опытом Крылова в стихах была басня Лафонтена, которую он перевёл на четырнадцатом году жизни. Знатоки перевод хвалили, но текст, к сожалению, не сохранился.
[5] Основная мысль «Каиба» выражена словами главного героя: «Не верьте в возможность существования идеальных государей. Это возможно только в волшебных сказках!» Вряд ли это могло понравиться императрице Екатерине II.
[6] У журнала было 170 подписчиков, закрыт он был после 11-го номера.
[7] Книжный фонд за тридцать лет службы он приумножил почти втрое.
[8] О застольях Крылова и до этого праздника ходили легенды: тучный писатель был известен неуёмным аппетитом, даже обжорством, и пристрастием к простой русской пище.