Свидетельство о регистрации

номер - ПИ ФС 77-57808 от 18 апреля 2014 года

Русская ономастика Часть 1. Наречённое имя

Протоиерей Игорь Осипенко 10.06.2021

Русская ономастика Часть 1. Наречённое имя

Протоиерей Игорь Осипенко 10.06.2021

Русская ономастика

Часть 1. Наречённое имя

 

Пролистывая статьи этимологических словарей, изредка натыкаешься на имена собственные. Этимологи их не любят: в большинство словарей собственные имена принципиально не включены, как будто они не жили в истории и не были подвержены общим законам языковой ассимиляции. В. И. Даль даёт несколько статей по именам собственным, но лишь потому, что они привязаны к календарным народным приметам и поговоркам[1]. Максимально охвачены собственные имена в словаре М. Фасмера. Но когда последовательно разбираешь статьи, посвященные именам, начинаешь понимать, почему материал этот дружно бойкотирован этимологами: имена собственные действительно не вписываются в общую историю языка, они как бы слеплены из другого теста. И чтобы этот дискомфорт в дальнейшем не смущал филоэтимологов (то есть нас с вами), предлагаю несколько ближайших встреч посвятить этимологии имён собственных, отложив на время уже привычные нам общие морфологические и лингвистические изыскания. Попробуем понять, что за тесто дало такой прочный самобытный пласт русских собственных имён.

Роль личности в истории – извечный вопрос исторической философии. А что было бы, если бы: не Наполеон, не Батый, не этот сумасшедший четырнадцатилетний отпрыск разбитого Македонского царька, завоевавший за 14 лет всю Ойкумену? А народные массы, которые «не хотят жить по-старому» – им-то уж точно всё равно, кто у кормила революционной борьбы? Или не всё равно? Если историки ещё спорят – это их право, а лично для меня вопрос давно снят – с тех пор, как усвоил заповедь Божию о почитании родителей. Народность, культура, патриотизм не строятся одним поколением. Без чувства сыновства, без ответственности за преемство, без ощущения тишины на могилах предков народу не удержать свою самобытность. А отцы, предки – это конкретные личности, это конкретные имена. И счастлив тот, кто знает своих предков хотя бы до седьмого колена – он крепко стоит на ногах, он знает, откуда пришёл и куда идёт, ему есть что защищать и есть ради чего жить.

Современный русский человек – бедный человек, Иван, не помнящий родства, и теперь уже, наверное, не так важно – руками ли наших напуганных дедов сжигались семейные архивы, или сами собой пропадали они в общем пламени безумия 20 – 30-х годов прошлого столетия. Единственное, что не удалось поколебать революционным стихиям – это лексический массив традиционных русских имён. Попытки закрепить новые, «революционные» имена – типа Владилен, Будёна, Ревмира, Дисизара (дитя, смело иди за революцией), Нинель – уже через полстолетия практически сошли на нет. А традиционные русские имена, даже не пошатнувшись, остались на своих позициях.

Что такое традиционные русские имена, насколько они традиционны, и насколько они русские – вот об этом и пойдёт сегодня речь. Ономастика – так называется наука об этимологии имён: их рождении, географическом распространении и трансформациях, связанных с пространственным и временным изменением фонетики, грамматики и менталитета народа, усвоившего конкретные имена. И на сегодняшний день Ономастика ничего утешительного нам сказать не может. Факт: из всего массива активно используемых на территории России в ХХI веке имён исконно русских (то бишь старославянских) чуть больше десятка. А откуда же основная масса? Да, конечно, из Византии, привезены святым равноапостольным великим князем Владимиром в Х веке, вместе с новой для Руси Православной верой. В Православии есть традиция нарекать имена младенцам в честь святых. В период Крещения Руси на самой Руси святых ещё не было – и называли в честь византийских святых, а в византийских святцах (списках святых) были тогда святые трёх народов – тех, на чьих языках была сделана надпись вины Иисуса Христа на Кресте. Помните? По-еврейски, по-гречески и по-римски. Соответственно, и русский народ, крестясь, получал имена еврейские, греческие и римские. Например, привычно русские Иван да Марья – это еврейские имена; Михаил, Илья, Яков, Семён, Анна, Ева, Елизавета – тоже еврейские. Из греческих: Александр, Артём, Василий, Евгений, Пётр, Николай, Екатерина, Ирина, Софья, Татьяна. Из римских (латинских): Виктор, Константин, Максим, Сергий, Валентина, Марина, Наталья, Юлия. Конечно, имена, бытовавшие в Византии, просачивались на Русь уже давно: между государствами велась достаточно бойкая торговля, да и многие из русских князей мечтали поприбивать щиты на врата Царьграда (Константинополя), столицы Византии. Но всё равно в период Крещения Руси произошло мощное вторжение массива специальных слов иностранного происхождения. Специалисты, изучающие древние святцы, насчитывают на период Х-ХI веков до 500 мужских и до 100 женских новых имён. Если в язык попадает иностранное слово, то оно достаточно быстро ассимилируется, приспосабливается под фонетику и грамматику новой языковой среды, часто изменяясь почти до неузнаваемости. Но если в язык вторгается большой массив новых слов с чужой озвучкой и чужим словообразованием, то отдельные слова этого массива начинают поддерживать друг друга, они группируются по общим признакам в малые группы, отстаивая свои права на специфические признаки. Массив византийских имён варился в двух грамматических котлах – Юго-Западной Руси и Московской Руси с Х века до начала XVII, приняв в конце концов благопристойный, с точки зрения церковно-славянского языка, вид и развив, по ходу процесса, многообразие народных форм. В отличие от западных языков, русский любит вариативность собственных имён: разговорные, сокращённые, ласкательные, уменьшительные, пренебрежительные, шутливые и т.п. Нередко доходит до того, что у имени в результате преобразований вовсе теряется корень. Скажем, латинское имя Наталья: преобразовываем заключительную часть, заменяя суффикс -ль- на суффикс -ш-, получаем Наташа, отбрасываем начало – Таша; упрощаем фонетику до младенческой дикции – Тата. Или вот еврейское имя Анна: преобразовываем в Аню, добавляем суффикс -юр- или -юш- и получаем Анюра или Анюша. Первое -а- неудобно при бытовом использовании, обойдёмся без него: Нюра или Нюша. Ещё другой пример: греческое имя Александр (или Александра) – СашаСашураШура. Если в имени Тата первый слог -та-, а в именах Нюра и Нюша букву -н- можно считать остатком корня, то в имени Шура мы находим только два суффикса -ш- и -ур-. Корень потерян полностью! Более всего удачных вариантов собрало на славянской почве самое, пожалуй, почитаемое в мире мужское имя Георгий, по крайней мере, два из вариантов стали полноценными самостоятельными именами – Егор (углядели любимую славянами перестановку букв?) и Юрий.

Обряд наречения имени. С ресурса http://roseparhia.ru.
Обряд наречения имени. С ресурса http://roseparhia.ru.

Хорошо в славянский менталитет вписались персидские имена: Вадим, Кирилл, Дарья, но остальные 17, представленные в святцах, достаточно трудны для нашего восприятия. Такие как Азат, Авид, Акепсим, Садок несут яркую азиатскую окраску. А женские имена типа Мамелхва, Снандулия, Яздундокта требуют лучшей подготовки артикуляционного аппарата, чем нам могут предложить в районных детских садах. Удивительно, что не прижилось у нас предлагаемое женское имя Кирилла.

Готфские имена: Инна, Берк, Арпила, Иской, Сонирил, Алла, Дуклида, Мамика, Уирко и др. тоже не очень прижились на славянской почве. Лишь ставшее женским мужское имя Инна да исконно женское Алла взяты нашим народом на вооружение. Такие заимствования вполне оправданы: внутри каждого народа/языка женских имён в несколько раз меньше, чем мужских, а женской природе так свойственно стараться быть привлекательной…

Халдейские, сирийские, египетские, арабские имена в целом так же специфичны, как и персидские. Некоторые из них используются достаточно активно в монашеской среде, но в светском обществе они не нашли отклика.

Несколько греческих имён удержались в переведённом виде: Феодот больше распространился как Богдан, Леон – как Лев, Фотиния (Фотина) – как Светлана, переводные имена Вера, Надежда и Любовь в греческом оригинале у нас и вовсе забыты (Пистис, Элпис и Агапэ). Еврейское имя Фамарь закрепилось у нас в грузинской транскрипции Тамара.

Несколько скандинавских имён, принесённых на Русь приглашёнными князьями-варягами, в большинстве справочников ошибочно называются славянскими. Это Глеб, Игорь, Олег, Инга и Ольга.

А исконно славянские какие? Большинство из них забыто вместе со славянским язычеством. Сейчас предпринимаются попытки реставрации старых верований, и в этом ареале встречаются дети с древними именами типа Ратибор, Бранимир, Радослава, Любомила. Но это пока исключения, единичные случаи. В основной корпус имён попали лишь те древнеславянские имена, носители которых прославились как святые в первых поколениях после Крещения Руси, когда у новых христиан оказывалось по два имени – данное при рождении языческое и полученное при крещении византийское. Святостью христианина прославлялись оба его имени, и славянское попадало в святцы как абсолютно новое имя. Также в святцы попали и озвученные ранее скандинавские имена. Итак, прославленные древнеславянские имена: Владимир, Борис, Владислав, Всеволод, Вячеслав, Святослав, Ярослав, Изяслав, Мстислав, Разумник, Ярополк и Людмила. В западном христианстве удержалось имя Станислав, распространённое сейчас на Украине. И неведомыми тропами прошли через века женские имена Лада и Ярослава. Есть в святцах ещё болгарские имена Ростислав, Горазд, Баян, сербские имена Драгутин и Милица, но в нашей стране они сейчас не используются.

Понятно, что снятие церковной цензуры на наречение имени новорожденным, автоматически происшедшее в революционную смуту начала ХХ века, дало возможность разорвать границы официальных святцев. Вначале это был, конечно, мутный сель вышедшей из берегов горной реки, смывающий на своём пути все рамки и устои. Мы уже упоминали о новых «революционных» именах, но речь сейчас не о них – горная река вернулась в свои берега, оставив весь мусор на разорённых склонах. Однако русло всё же немного изменилось. Возможность не привязываться к церковным святцам заманчиво привлекала новый советский народ к поиску новых источников имён. И самыми продуктивными источниками стали художественная литература и кинематограф. Так в наше советское общество, помимо «коммунистических идеалов», стали просачиваться выдуманные персонажи и «развращающие капиталистические элементы»: гайдаровский Тимур, Аэлита Алексея Толстого, шекспировские Джульетта, Офелия и Дездемона, Травиата и Виолетта Джузеппе Верди, античные Кесарии, Икары, Дианы, Геры, западные Томы, Гарри, Нелли, Джимми и др. ЗАГСы регистрируют младенцев с исковерканными иностранными или явно придуманными на иностранный манер именами: Родомес (в опере «Аида» – Радамес), Леонель (у Шиллера в «Орлеанской деве» – Лионель), Рида, Элиса, Арлетта, Диомед, Розалия и т.п.

На сегодняшний день вопрос о наречении имени младенцу полностью отдан на откуп молодым родителям. С одной стороны, плохого в этом ничего нет, особенно если молодожёны ощущают себя в какой-либо культурной прослойке, но всё же именной фонд является неотъемлемой частью общей культуры нации и страны. И ребёнок в школе, и взрослый человек в рабочем коллективе будут по-разному ощущать и проявлять себя в окружении либо традиционных, либо авангардных имён. Поэтому было бы, пожалуй, не лишним предложить продуманный, отредактированный справочник имён, может быть, с краткими пояснениями, историческими справками, примерами… Ведь, к слову, не каждый молодой родитель задумывается о том, что от имени его сыночка когда-нибудь придётся производить отчество!

 

Литература:

  1. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. Под ред. проф. И. А. Бодуэна де Куртенэ. В четырёх томах. М., 1998 [репр.].
  2. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. Пер. с нем. и доп. О. Н.Трубачева. В 4 т. М., 2004.
  3. Суперанская А. В. Словарь личных имен. М., 2013.
  4. Твое святое имя. М., 1997.
  5. Суперанская А. В. Имя – через века и страны. М., 2009.

 


 

[1] Так, у В. И. Даля можно найти имена Иван, Марья, Никола, Евдокия, Илья; наиболее обширна статья «Юрий-тёплый».

 

 


назад